Сущность новой теории эволюции земли (стр. 6 )

И ПРОдОЛЖИТеЛЬНОСТЬ СУТОК

1. Циклы карбона и величина суток

Из вышеизложенной корреляции элементов угольных циклотем карбона с дугами суточной параллели Солнца следует, что в это время за одни сутки формировалось одно звено осадочного цикла. Исходя из этого и используя имеющиеся фактические данные о времени образования одного звена цикла, можно приближенно определить продолжительность суток в карбоне. Например, в стратиграфическом интервале турне-вествал в районе Файф (Шотландия) мощностью 8400 футов было выявлено 240 циклов (Дафф и др., 1971, с. 139). Если считать, что данный стратиграфический интервал представляет примерно 0,35 часть всей каменноугольной системы, составляющей около 60 млн. лет, то исходя из количества 240 циклотем, которые отлагались за это время, приближенно получаем, что сутки в среднем на данном этапе карбона составляли 87500 лет:

Т = ·0,35:240=87500 лет.

Заметим, что оценка времени формирования циклов у геологов имеет очень большой разброс и охватывает данное значение. Для циклов каменноугольного периода есть и оценки, которые находятся в относительной близости к полученному выше значению. Так, например, Ван-Леквийк считал, что 50000 лет достаточно для формирования одного цикла карбона (Дафф и др., 1971). Нужно иметь в виду, что эта оценка, в общем-то, средняя, поскольку мощности циклов карбона сокращались с течением времени, а следовательно, и уменьшалось время их формирования, о чем сказано ниже.

Приведенную выше приближенную оценку величины суток в карбоне мы рассматриваем как завершение доказательства междисциплинарного открытия в части, касающейся существования продолжительных суток в прошлом, точнее, в каменноугольном периоде.

Тщательное изучение специально подобранных фактических данных, о которых еще сказано ниже, и расчеты позволили нам восстановить следующую закономерность изменения суток во времени (таблица 2).

Таблица 2.

Порядок величины суток в различные периоды геологической истории Земли (Аксиров, 1989, 1996, 1999).

Геологический период	Продолжительность суток
кембрий	миллионы, возможно, десятки миллионов лет
ордовик	около миллиона лет, возможно, миллионы
силур	несколько сотен тысяч лет
девон	более ста тысяч лет
карбон	десятки тысяч лет
пермь	тысяча лет
триас	сотни лет
конец мелового периода	десятки нынешних суток

Существуют убедительные фактические данные, которые свидетельствуют о том, что самые продолжительные сутки в истории Земли оказались приуроченными к кембрийскому периоду. В дальнейшем, в ходе фанерозойского эона сутки постепенно убывали и в антропогене достигли нынешнего значения (Аксиров, 1989, 1996, 1999). В таблице 2 приведены приблизительные значения продолжительности суток в разные периоды геологической истории Земли. Можно видеть, что к концу мела продолжительность суток значительно уменьшилась. Тем не менее, в то время палеосутки все еще оставались на порядок продолжительнее, чем сейчас (Аксиров, 1996, 1999). Значения продолжительности суток, приведенные в таблице 2, могут быть уточнены. Однако, по нашему мнению, даже в таком приближении они сравнительно точны и содержательны, чтобы на их основе могли быть решены многие актуальные проблемы современной геологии, палеонтологии и палеоклиматологии (Аксиров, 1985, 1988, 1989, 1996, 1997, 1999, 2001; Аксиров, Иванов, 2006, 2006а; Aksirov, 1995). Фактические данные, характеризующие продолжительность суток в кембрии и другие этапы геологической истории, позволяют сделать вывод, что продолжительность солнечных суток в течение всего протерозоя непрерывно увеличивалась и достигла максимума в кембрийском периоде. В дальнейшем продолжительность суток постепенно уменьшалась до тех пор, пока не достигла настоящего значения в антропогене (Аксиров, 1989, 1996, 1999). Вот это самый главный вывод в изменении суток во времени, который должен запомнить каждый геолог, палеонтолог и палеоклиматолог из всего изложенного в третьей и четвертой главах. Для того чтобы понимать и успешно использовать излагаемую здесь теорию в геологических и палеонтологических исследованиях, достаточно знать этот вывод и данные таблицы 2. Наши расчеты и анализ фактов из платформенного чехла позволили нам сделать выводы и относительно соответствующего направления вращения планеты в разные этапы промежутка времени с нижнего протерозоя по кайнозой включительно. В нижнем протерозое Земля имела ретроградную ротацию, которая постепенно замедлялась. Угловая скорость обратного вращения по абсолютной величине в это время была сравнима с нынешним значением соответствующей величины. В начале среднего протерозоя обратное вращение Земли было полностью погашено, чему способствовало и приливное трение от Солнца и Луны. Затем планета постепенно вышла на прямое вращение. Ретроградная ротация сменилась прямой, и в дальнейшем с течением времени угловая скорость прямого вращения Земли росла непрерывно, чему способствовало некоторое время приливное трение как от Солнца, так и от Луны. Длительность суток при этом постепенно менялась в соответствии с формулой (2). К концу протерозоя угловая скорость прямого вращения Земли приблизилась к одному обороту в год, а длина суток - к своему максимальному значению. В кембрийское время период прямого вращения планеты вокруг своей оси достиг одного оборота в год и совпал с периодом её орбитального обращения. В то время значение продолжительности солнечных суток достигло максимума в соответствии с формулой (2). Именно в этот период направление смены дня и ночи постепенно изменилось на противоположное, совпадающее с нынешним направлением. В дальнейшем скорость прямого вращения планеты продолжала расти постепенно, но с этого времени ее тормозило приливное трение Солнца. А приливное трение Луны стало играть аналогичную роль при достижении скорости вращения Земли одного оборота в один лунный месяц.

Таким образом, проведенные автором исследования многочисленных фактов привели к выводу, что в течение фанерозоя после кембрийского периода скорость прямой ротации Земли продолжала непрерывно расти и в антропогене достигла настоящего значения. Росла она под действием сил, о которых говорилось ранее. Фактические данные, в том числе и отражающие особенности распространения карбонатных формаций во времени (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006; Кузнецов, 2000, 2001; Страхов, 1958, 1962), указывают, что в соответствии с приведенным выше выводом скорость вращения планеты росла медленно в позднем протерозое и палеозое и сравнительно быстро, начиная с триаса. Об этом еще будет сказано ниже. Таковы основные особенности изменения направления и скорости ротации Земли, вытекающие из междисциплинарных исследований по ОТО, ньютоновской теории тяготения и геологии; именно эти особенности лежат в основе геологической теории, излагаемой в этой книге.

Таким образом, из вышеизложенного следует, что для того чтобы успешно ориентироваться в излагаемой здесь теории и в ее рамках решить проблемы, которые не находят своего разрешения в рамках традиционных концепций, геологу, палеонтологу и палеоклиматологу необходимо запомнить следующий простой и важный вывод. В ходе протерозойского эона сутки росли постепенно и достигли своего максимального значения в кембрийском периоде, составляющего, по меньшей мере, миллионы лет, а после кембрийского фанерозоя непрерывно убывали до нынешнего значения. Многие необычные явления геологии, палеонтологии и палеоклиматологии, которые не имеют интерпретации в рамках современных традиционных представлений, получают естественное объяснение с точки зрения этого изменения суток во времени. Такой ход изменения суток позволяет объяснить формирование различных типов осадочных горных пород в разные этапы геологического времени, в том числе и осадочных полезных ископаемых, климатические аномалии настоящего времени и катастрофы в органическом мире («прерывистость развития») (Аксиров, 1988,1989, 1996, 1997,1999, 2001; Аксиров, Иванов, 2006, 2006а).

2. Кембрийский период

Среди многочисленных данных геологии, палеонтологии и палеоклиматологии, которые свидетельствуют о том, что самые продолжительные сутки в истории Земли имели место именно в кембрийском периоде (Аксиров, 1988, 1989, 1996, 1999), по нашему мнению, наиболее существенными являются следующие:

1. Только в кембрийском периоде не выявлена разница в температурном режиме между полярными и экваториальными областями, что в соответствии с нашими представлениями обусловлено значительной продолжительностью суток в данном периоде (Аксиров, 1989, 1996, 1999).

2. Значительная продолжительность кембрийских суток также подтверждается данными оценки возраста однотипных отложений, следующих друг за другом в направлении долготы вдоль параллелей (Аксиров, 1999). Речь идет о тех отложениях, которые образовались, по нашим представлениям, в течение одних суток, но в разное время. Разница в возрасте однотипных осадочных пород в этих отложениях очень значительная, в том числе и на территориях, расположенных совсем недалеко друг от друга, что говорит о большой величине суток. В этом отношении, на наш взгляд, показательным является следующий факт. В кембрийской толще Большого каньона смена песчаных осадков глинистыми происходила в западной части разреза на 20-40 млн. лет раньше, чем в точках, расположенных на 300 км восточнее (Ферхуген и др., 1974). Такое развитие событий, по всей видимости, должно быть связано с отмеченным выше изменением продолжительности суток, которая увеличивалась в позднем протерозое и достигла максимума в кембрийском периоде. Напомним, что в соответствии с формулой (2) продолжительность суток максимальна в момент, когда скорость прямой ротации планеты вокруг своей оси достигает одного оборота в год. В результате этого в дальнейшем должно произойти изменение направления смены дня и ночи. Точка восхода, которая раньше находилась на западе, с этого момента времени должна была оказаться на востоке. Как уже ранее отмечалось, в условиях продолжительных суток вокруг ПТ должен был формироваться песчаник, который впоследствии покрывался глинистым слоем. Поскольку ПТ постепенно перемещалась в направлении видимого движения Солнца, то эти слои должны были один за другим постепенно, непрерывно и последовательно накапливаться вокруг земного шара. Такая точка зрения позволяет объяснить формирование в Большом каньоне песчанисто-глинистого слоя и смену песчаных осадков глинистыми (Аксиров, 1988, 1989, 1999). Допустим, что в это время скорость прямого вращения Земли еще не выросла до одного оборота в год. Это означает, что при формировании данного слоя видимое суточное движение Солнца должно было происходить по-прежнему с запада на восток. Следовательно, ПТ должна была пройти с запада на восток расстояние, равное 300 км, за 20-40 млн. лет. Очевидно, что сутки, в ходе которых произошло бы данное событие, должны быть на порядки продолжительнее, чем 20-40 млн. лет. Неправдоподобие такого события заставляет предположить, что в данном случае формирование слоя происходило в те времена, когда Солнце уже двигалось по суточной параллели с востока на запад. Это означает, что в это время скорость прямого вращения Земли превосходила один оборот в год. Следовательно, ПТ прошла отмеченное расстояние, двигаясь вокруг земного шара с востока на запад. Если бы ПТ сделала полный оборот, то время, затраченное на этот путь, было бы равно времени полных суток. Однако для достижения полного оборота не хватает 300 км. Относительно небольшое значение этой величины позволяет нам считать, что сутки в кембрии составляли примерномлн. лет, если приведенная выше оценка геологов верна. Если иметь в виду это и другие данные, то они дают основание сделать вывод, что сутки в это время составляли по меньшей мере миллионы лет. Следующие ниже рассуждения также подтверждают возможность, что в кембрии продолжительность суток могла достигать очень большого значения. Допустим, что скорость прямой ротации планеты равна одному обороту в год. В соответствии с формулой (2) она погашается орбитальным обращением вокруг Солнца с точки зрения смены дня и ночи. В данном случае смена дня и ночи самых длинных суток определяется ускорением вращения Земли вокруг своей оси и при малой величине ускорения требует значительных затрат времени. В то же время, поскольку форма Земли не является идеальным шаром, то существует нарушение гравитационной симметрии. Это нарушение гравитационной симметрии и совпадение периода осевого вращения с периодом орбитального обращения могли привести к замедлению ускорения скорости ротации планеты (Аксиров, 1988,1989, 1999).

3. С очень большой величиной суток, несомненно, связаны трудности стратиграфии кембрия, непреодолимые с позиции гипотезы приливного замедления вращения Земли, к которым относятся следующие примечательные факты: «Кембрийская система – единственная из систем палеозоя, не имеющая общепринятого ярусного деления»; «Границе докембрия и кембрия, становлению фауны многоклеточных (бесскелетной и скелетной) посвящена огромная литература. Но, вероятно, эта тема не исчерпана – все более детальные исследования вскрывают новые аспекты рассматриваемой проблемы. Так и сейчас остается открытым для дискуссии вопрос о возрасте отложений с древнейшими скелетными останками» (Миссаржевский, 1989).

На территориях, лежащих на одной широте, но имеющих различие по долготе, в течение (ходе) одних суток одинаковые условия инсоляции проявляются в разное время. Разница времен возникновения одинаковой инсоляции пропорциональна не только продолжительности суток, но и расстоянию между этими территориями по долготе. То есть на территориях, географические положения которых имеют различие только по долготе, одинаковые или довольно сходные условия инсоляции возникают в течение (одних) суток в моменты времени, разница которых пропорциональна длине суток и расстоянию между ними. Например, на диаметрально противоположных точках земного шара они возникают через полусутки, что в кембрии или венде из-за большой величины суток составляло довольно продолжительное время. Это необходимо иметь в виду при создании стратиграфической шкалы времени, поскольку в прошлом существовали длинные сутки, а в некоторые этапы геологического прошлого - весьма длинные. То, что в настоящее время это обстоятельство не учитывается, приводит к серьезным ошибкам. На это указывают отмеченные выше трудности, связанные с выбором естественной нижней и верхней границы кембрия, а также делением кембрийского периода (Аксиров, 1999; Аксиров, Иванов, 2006а; Миссаржевский, 1989).

В кембрии, ордовике и силуре из-за очень большой длины суток суточные циклы - относительно мощные слои. Именно поэтому, по нашему мнению, в пределах конкретных разрезов не наблюдается цикличность в осадконакоплении - многократное циклическое переслаивание определенного типа совокупности разных горных осадочных пород (Аксиров, 1989, 1999). Признаки цикличности осадконакопления, связанной со сменой дня и ночи, начали вырисовываться в пределах конкретных разрезов более или менее заметно в девоне (Леонов, 1985), а затем они четко и многократно проявлялись в глобальном масштабе в позднем палеозое. Это явление в фанерозойской истории цикличности осадконакопления Земли - следствие постепенного сокращения продолжительности суток в течение палеозойской эры после кембрийского периода и достижения ею определенного значения в позднем палеозое, сопоставимого с десятками тысяч лет.

Глава V. РОТАЦИОННЫЙ РЕЖИМ ЗЕМЛИ

И КАРБОНАТНЫЕ ЦИКЛЫ

1.Эволюция карбонатонакопления

и доломитообразования в условиях длительных суток

В геологической истории Земли имела место необратимая эволюция циклического карбонатонакопления при интенсивном доломитообразовании. Карбонатные циклы являются особенностью осадконакопления как в позднем протерозое, так и в течение всего палеозоя (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006а). Как следует из фактических данных, рассматриваемых ниже, эти циклы, как и циклы карбона, формировались под действием особенностей инсоляции длинных суток. Как правило, карбонаты образуются в водной среде в результате физико-химических и биохимических процессов (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006а). Осадочные карбонатные породы морского происхождения четко выражены, хорошо сохранились и легко распознаются, поэтому, изучая их структуру, можно получить достаточно полную информацию об условиях их формирования. Карбонатные циклы позднего протерозоя и палеозоя содержат все основные элементы, характеризующие осадконакопление в условиях продолжительных суток на Земле. Эти ритмы всегда содержат в своем составе трансгрессивный элемент, без которого не мог формироваться карбонатный слой. Анализ состава карбонатных слоев позволяет заключить, что они должны были формироваться в условиях постепенного повышения температуры в бассейне. При формировании карбонатных циклов после трансгрессии всегда наступал этап, характеризующийся появлением в водоеме живых организмов, что особенно четко проявилось в палеозойское время. Непрерывное повышение интенсивности инсоляции и температуры в ходе первой половины длинного дня способствовало постепенному улучшению абиотических условий, что благотворно влияло на развитие и изменение биоты. К определенному моменту времени на территории осадконакопления устанавливались наиболее благоприятные экологические условия. На этом этапе биоценоз достигал максимального расцвета (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006а; Страхов, 1958, 1962). Подобное развитие событий у палеозойских циклов было установлено еще (Страхов, 1958, 1962). С течением времени период расцвета сменялся периодом упадка из-за дальнейшего роста интенсивности инсоляции, температуры и испарения воды. В результате интенсивного испарения соленость водоемов непрерывно повышалась, что сопровождалось прогрессирующим обеднением органического мира и все большим проявлением доломитности. В доломитовых породах органические остатки скудны и фауна однообразна (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006а; Страхов, 1958, 1962). Садка доломита и осолонение приводили к резкому угнетению фауны и появлению специфического биоценоза (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006а; Страхов, 1958, 1962). Далее следовало полное вымирание фауны и высыхание бассейна. Из-за непрерывного освещения и роста плотности потока солнечной радиации полностью высыхали водоемы ускоренным темпом, в том числе и морского генезиса. В соответствии с существующими данными именно в условиях непрерывного дневного освещения должно было происходить формирование карбонатного слоя цикла при непрерывно растущей интенсивности инсоляции продолжительного палеодня.

Фазы оледенения являются важными этапами формирования цикла, помимо прочего, как обеспечивающие возможность проявления трансгрессии. Кроме того, они часто и довольно четко проявляются в циклах прямыми следами воздействия льда на осадконакопление (Монин, Шишков, 1979). Ледниковые отложения в значительной степени подвержены эрозии. Однако многие фазы оледенения верхнего докембрия и палеозоя оставили четко выраженные свидетельства деятельности льда (Аксиров, 1999; Аксиров, Иванов, 2006, 2006а; Монин, Шишков, 1979). Их количество и низкоширотный характер не могут быть объяснены в рамках традиционной парадигмы геологии – гипотезы приливного замедления вращения Канта. Приведенная выше закономерность изменения продолжительности земных суток во времени, по нашему мнению, не только дает им естественное объяснение, но и подтверждается ими.

На древних платформах позднепротерозойские отложения распространены на огромных ареалах. Это толщи комплексов слабо метаморфизованных песчано-глинистых и карбонатных пород. Данные отложения демонстрируют достаточно устойчивый состав и мощность на территориях значительной протяженности. Причем мощность комплексов на древних платформах меньше, чем в складчатых поясах. Однако в отдельных впадинах и в авлакогенах она достигает нескольких тысяч метров. «В миогеосинклинальных зонах распространены мощные комплексы осадочных пород, лишенные или почти лишенные вулканических продуктов. Такого рода комплексы состоят из чередования пачек песчаников, глинистых пород и доломитов или известняков и доломитов. При этом нередко обособляются целые свиты с преобладанием песчаных, глинистых или карбонатных пород… Каждая такая серия представляет собой закономерную смену песчаных, глинистых и карбонатных свит, образуя как бы единый гигантский ритм» (Немков и др., 1974). Закономерная последовательность смены песчаных, глинистых и карбонатных пород характерна для всех циклов позднего протерозоя и палеозоя (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Немков и др., 1974). В такой же последовательности идет очередность напластования этих элементов в рассмотренных выше циклах карбона. Таким образом, фактические данные об этих циклах соответствуют приведенному выше признаку осадконакопления и подтверждают наш вывод, что все эти циклы сформировались при продолжительных сутках.

2. Особенности галогенеза в условиях длительных суток

Рассматривая особенности течения галогенеза в древности и в настоящее время, академик подчеркнул следующие примечательные закономерности: «Фациальные условия галогенеза современного и древнего резко различны и в известной мере даже противоположны. В настоящее время галогенные отложения накапливаются чаще всего в озерах и редко в соляных, отшнурованных от моря условиях, в прошлые же эпохи они были связаны почти исключительно с разнообразными водоемами морского генезиса» (Страхов, 1962). Данный факт подтверждает наше представление о том, что в древние эпохи галогенез протекал в условиях частичного или полного высыхания морей в ходе продолжительного дня.

Широкое развитие палеозойских морских доломитов получило естественное объяснение исследователей: палеозойские моря имели специфическую соленость (Кузнецов, 2000, 2001), что соответствует интенсивному испарению воды в условиях длительного дня. В соответствии с нашей точкой зрения, вытекающей из положения изменения суток во времени, первоначальная соленость этих морей в момент их возникновения определялась особенностями водосбора с обширной территории, где таял лед, накопленный на неосвещенной стороне Земли. В дальнейшем, в течение дня значительной продолжительности соленость этих морей постепенно повышалась сначала до уровня морского, а затем и выше из-за испарения воды под действием непрерывно растущей интенсивности инсоляции. Таким образом, специфическая соленость палеозойских морей объясняется тем, что в течение длительного дня она постепенно повышалась до довольно высокого состояния. В палеозойской эре соленость морей оказывалась высокой не только в течение сравнительно длительных отрезков дневного времени суток, но и постепенно повышалась все больше и больше до полного высыхания бассейна, о чем говорилось выше, в частности при рассмотрении циклотем каменноугольного периода. Вот этими событиями объясняется специфическая соленость палеозойских морей (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Кузнецов, 2000, 2001; Страхов, 1958, 1962).

3. Карбонатонакопление докембрия и палеозоя

В позднем протерозое и палеозое карбонатонакопление было связано с обширными мелководными морями, покрывавшими древние платформы (Кузнецов, 2000, Страхов, 1958, 1962). Размеры таких морей часто бывали весьма велики, и они возникали то в одном то в другом месте: их география охватывала почти весь земной шар (Кузнецов, 2000). Особенности распространения на земном шаре и мелководный характер этих морей предполагают особые условия их формирования. Эти условия полностью соответствуют тем, которые могут возникнуть в течение продолжительных суток, - оледенению и трансгрессии, в результате которых возникали моря, чередовались вместе с каждой сменой дня и ночи. Причем вначале разворачивалась пресноводная трансгрессия из-за таяния льда, накопленного на теневой стороне, а в дальнейшем с постепенным повышением интенсивности инсоляции и температуры в бассейне возникал уровень морской солености, что находило четкое отражение на элементах циклотем карбона. В дальнейшем, например, в палеозойское время, такие моря постепенно высыхали полностью в течение первой половины палеодня, с чем были связаны интенсивные процессы доломитообразования и галогенеза. Таким образом, из излагаемой здесь точки зрения следует, что эволюция морей должна была зависеть в основном от количества воды на планете и характера инсоляции, который в свою очередь зависел от величины и изменения суток во времени.

4. Особенности карбонатонакопления после палеозоя

Рассмотрим особенности эволюции карбонатонакопления, анализируя распространенность разных типов карбонатных формаций на шкале времени, в том числе и с интенсивным доломитообразованием. Подавляющее большинство этих формаций относится к позднему протерозою-палеозою, малая часть - к мезозою (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Страхов, 1958, 1962). Следующие данные подтверждают наш вывод о сокращении продолжительности суток с кембрийского периода по антропоген. Начиная с кембрия, в истории Земли прогрессировала тенденция вытеснения хемогенной седиментации частью биогенной, а частью терригенной (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Страхов, 1958, 1962). Произошли необратимые изменения химического состава и количества карбонатных отложений: этап и масштабы доломитообразования последовательно сокращались. Условия осадконакопления все более благоприятствовали накоплению известняков (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Страхов, 1958, 1962). Если в палеозойских сериях доломиты резко преобладали над известняками, то затем постепенно произошло сокращение их количества (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Кузнецов, 2001; Страхов, 1958, 1962). В мезозое и в третичное время доломитообразование носит случайный характер: оно то бывает, то отсутствует (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Страхов, 1958, 1962). В мезозое «интенсификация галогенеза происходила путем увеличения числа мест, где формировались гипсы и соли, сами же месторождения были ограничены по площади и массам» (Страхов, 1962). В мезозое и кайнозое ареал доломитообразования переместился из обширных морских водоемов палеозоя в прибрежную зону полуизолированных заливов, лагун и литорали часто с повышенной соленостью (Кузнецов, 2001). С излагаемой здесь точки зрения такое развитие событий показывает, что в рассматриваемые эры продолжительность суток, непрерывно убывая, стала значительно короче, чем в палеозое (см. таблицу 2). Таким образом, по всем убедительным данным, интенсификация галогенеза в мезозое поддерживалась в результате более частого наступления дня, что находится в согласии с сокращением суток в ходе фанерозойского эона. Поскольку дни были короче, чем в палеозое, то здесь в течение дня в значительной мере или полностью высыхали только небольшие водоемы. Тем не менее, интенсификация галогенеза в мезозое, как уже упомянуто, поддерживалась за счет частого наступления дня.

5. Особенности галогенеза палеозоя

Если в мезозое интенсификация галогенеза происходила путем увеличения числа мест, где формировались гипсы и соли, сами же месторождения были ограничены по площади и массам, то усиление этого процесса в палеозое протекало в другом режиме. «Совсем иначе интенсифицировался галогенный процесс в палеозое. Грандиозные скопления солей в каждой из резко галогенных эпох возникали путем формирования весьма немногих - одного - двух - трех колоссальных месторождений». «Эти формации всегда несравненно крупнее. Многими сотнями и тысячами квадратных километров измеряются лишь самые маленькие из них, обычно же это тело в десятки и сотни тысяч, а нередко в миллионы квадратных километров» (Страхов, 1962) (подчеркнуто – М. А.). В полнейшем соответствии с нашей точкой зрения эти факты означают полное иссушение морей и океанов в условиях очень продолжительного дня - здесь сутки были гораздо продолжительнее, чем в мезозое. Интересно, что исходя из фактов, это было подмечено. Как пишет один из авторов, «Земля в некоторые периоды своей жизни не вращалась… Земля на тысячелетия подставляла Солнцу один бок». В той же работе констатируется: «Некоторые геологи считают, что мощные пласты соли возникали в условиях необычайно сильного испарения» (Друянов, 1975).

Таким образом, в позднем протерозое и палеозое чередование дня и ночи в условиях продолжительных суток обусловливало периодические оледенения и трансгрессии в планетарном масштабе. В результате этих событий в самых разных местах земного шара непрерывно возникали внутриматериковые, платформенные моря, которые затем высыхали ускоренным темпом в ходе длинного дня. Высокие температуры на освещенной стороне Земли держались длительное время на огромных территориях и мигрировали к полярным областям. Все это оставило убедительные свидетельства в виде карбонатных слоев в этих циклах позднего протерозоя и палеозоя. Удивительно, что этот величественный памятник в платформенном чехле существованию длительных суток в прошлом – карбонатные циклы – до сих пор не получил никакой сколь-нибудь приемлемой интерпретации. Предлагаемое в этой книге объяснение их генезиса и наши расчеты по уменьшению продолжительности суток от палеозоя к мезозою подтверждаются и другими фактическими данными из осадочного чехла, относящимися не только к карбонатонакоплению, но и другим геологическим процессам (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006, 2006а; Кузнецов, 2000, 2001; Страхов, 1958).

Глава VI. ДИСИМмЕТРИЯ В ОСАДКОНАКОПЛЕНИИ

1. Дисимметрия осадконакопления после кембрийского фанерозоя и протерозоя

Из приведенных выше закономерностей изменения ротационного режима Земли и суток во времени следует, что в течение некоторых этапов послекембрийского фанерозоя величина суток в условиях ее убывания должна была принимать такие же значения, какими они были в течение определенных промежутков времени протерозоя. В полном соответствии с таким представлением и изменением суток во времени фактические данные, относящиеся к этим этапам геологической истории, указывают на дисимметрию в осадконакоплении относительно кембрийских толщ (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006а). Но имеет место не симметрия, а дисимметрия относительно кембрийских отложений, в первую очередь из-за необратимости уровня развития внешних оболочек Земли – гидросферы, биосферы и атмосферы. В фанерозое повторялись те аспекты осадконакопления, которые в основном контролировались величиной палеосуток в протерозое, точнее, особенностями инсоляции, характерными для длины суток. Легко проследить основные аспекты дисимметрии осадконакопления в протерозое и в послекембрийском фанерозое, о которых идет речь. Для этого достаточно сравнить основные фактические данные осадконакопления, относящиеся к разным отрезкам времени этих этапов геологической истории, когда, по нашим расчетам, продолжительность суток была равна. Существующие данные указывают на дисимметрию распределения термоэр и гляциоэр между протерозоем и послекембрийским фанерозоем (Аксиров, 1989, 1999). При этом нижнепротерозойские оледенения соответствуют позднекайнозойским, а позднепротерозойские - палеозойским, имевшим место после кембрия (Аксиров, 1989, 1999). Длинные промежутки времени в протерозое и мезо-кайнозое, в течение которых на Земле не было покровных оледенений (Аксиров, 1989, 1999; Монин, Шишков, 1979), соответствуют друг другу. В данном случае имеется в виду следующее. От нижнего до верхнего протерозоя и в течение значительного промежутка времени мезо-кайнозоя покровных оледенений не было (Монин, Шишков, 1979). По нашему мнению, это связано с тем, что в эти периоды продолжительность суток была значительно короче, чем в палеозое. И поэтому наступление ночи не приводило к покровному оледенению. Такие оледенения в эти этапы геологической истории не возникали также в полярных областях (Монин, Шишков, 1979; Ясаманов, 1986), что, по-нашему мнению, было следствием одновременного влияния двух факторов. Во-первых, в течение года эти области получали значительное количество солнечной энергии, как и сейчас. Во-вторых, на освещенной стороне Земли теплые климатические условия мигрировали (распространялись) к высоким широтам в освещенное время сравнительно длинных суток. Сопоставление данных позднего протерозоя с послекембрийским палеозоем позволяет объяснить еще одну особенность. Как уже отмечалось, автор выявил, что в эти этапы геологической истории палеосутки все время были очень продолжительными и изменялись в одних и тех же пределах. Он считает, что именно поэтому отложения позднего протерозоя и послекембрийского палеозоя обнаруживают четкие признаки чередования схожих ледниковых и межледниковых фаз (Аксиров, 1988, 1989, 1999; Монин, Шишков, 1979; Чумаков, 1989). При этом оледенение должно было происходить ночью, а проявление межледниковой фазы - днем (Аксиров, 1988,1989, 1999; Аксиров, Иванов, 2006, 2006а). Подтверждается такое представление низкоширотностью этих оледенений и характером распространения индикаторов-антагонистов палеоклимата, о которых еще говорится ниже.